Свадебный танец - Страница 72


К оглавлению

72

Более безрадостное будущее и представить трудно. Как сможет она жить без согревающей улыбки Сенклера? Не видеть, как он приподнимает бровь? Или как он катается на лошади так, словно составляет с ней единой целое?

Со вздохом Франческа закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Возможно, через пару дней… когда гнев Рошфора поутихнет и у него будет время остыть, он сможет рассуждать более здраво. Тогда-то она и отправит ему письмо с объяснениями.

Хотя, может, лучше поступить следующим образом. Она должна отпустить Сенклера без возможности судить о ее действиях. Нужно положить конец их отношениям и позволить ему заняться своей жизнью. Завтра она запечатает обручальное кольцо Лилльсов и вернет его герцогу без каких-либо объяснений.

Однако эта мысль ножом полоснула Франческу по сердцу. Она не чувствовала в себе сил поступить так благородно.

В конце концов Франческу объяла усталость, и она отправилась к себе наверх. Но сон упорно не шел. В течение долгих часов Франческа лежала в постели, глядя в темноту и сожалея о своих действиях. Наконец ей удалось заснуть, но ненадолго.

С открытыми глазами Франческа напряженно лежала в постели, пытаясь понять, что же ее разбудило. Вокруг в доме стояла глубокая тишина, и через некоторое время Франческа снова закрыла глаза. Наверное, сон прогнали ее душевные терзания.

А потом скрипнула половица, и Франческа тут же перевернулась в постели. В ее ногах у кровати стояла темная мужская фигура. Сердце Франчески в надежде замерло. Сенклер!

Но когда человек обошел кровать, держа в руках что-то темное, Франческа с ужасом осознала, что это не Сенклер пришел сжать ее в своих объятиях. Это был Перкинс.

Франческа хотела закричать, но на нее накинули нечто тяжелое и темное, что заглушило ее голос.

Глава 18

Франческа кричала, но никто ее не слышал. Завернутая в одеяло, она стала отчаянно сопротивляться, но Перкинс ударил ее кулаком. У Франчески закружилась голова, тело безвольно обмякло. Пользуясь ее состоянием, Перкинс подхватил Франческу на руки, закинул себе на плечо и бросился прочь из комнаты. Франческа висела вниз головой, с каждым шагом Перкинса ее подбрасывало. Она смогла приглушенно закричать и попыталась снова бороться. Но плотно стянутое одеяло сковывало движения, к тому же Перкинс крепко держал ее ноги, поэтому Франческа могла только извиваться. Перкинс в это время уже сбегал по лестнице.

Когда он открыл переднюю дверь, Франческе показалось, что в глубине дома кто-то закричал, хотя ей просто могло послышаться. А потом ее бесцеремонно бросили на твердую поверхность, выбивая из легких весь воздух. Франческа услышала, как Перкинс захлопнул дверцу, и внезапно оказалось, что пол под ними движется. Должно быть, их ждала карета, а теперь они куда-то быстро едут.

Прежде чем Франческа собралась с силами, чтобы вырваться из одеяла, Перкинс сдернул его сам. Он грубо усадил Франческу на сиденье и связал ее запястья шарфом. Франческа пыталась ударить Перкинса ногами и вырваться, но он был сильнее. Чертыхаясь, когда удары Франчески достигали своей цели, Перкинсу все же удалось связать ей руки.

Восстановив дыхание, Франческа закричала, но Перкинс не обратил на это внимания. Франческа поняла, что крики не помогут, ведь грохот кареты производит куда больший шум, да и к тому же… это Лондон. Кто станет преследовать карету лишь потому, что из нее пару раз послышались крики?

Закончив с запястьями, Перкинс достал из кармана платок и сунул Франческе в рот:

— Заткнитесь, черт бы вас побрал. Заткнитесь! Господи, ну и визг.

Перкинс принялся развязывать шарф, и Франческа воспользовалась возможностью, чтобы броситься к сиденьям напротив, прочь от Перкинса. Она выплюнула платок и снова закричала. Перкинс выругался и потянулся за платком, как раз когда карета стала сворачивать за угол. Перкинс упал на пол.

Франческа быстро ударила его ногой. Она метила в голову, но Перкинс увернулся, и удар пришелся в плечо. Франческа не стала тратить время, пытаясь оглушить Перкинса. Вместо этого она бросилась к дверце кареты и повернула ручку.

На повороте карета сбавила скорость и еще не успела ее набрать. Через открытую дверцу Франческа увидела, что они едут по рыночной площади. В предрассветной мгле торговцы раскладывали по прилавкам товары, поэтому карета больше не могла двигаться так быстро, как прежде.

Франческа все еще сжимала ручку дверцы, готовясь выпрыгнуть на улицу, но в последний миг заколебалась, опасаясь, что карета все же движется слишком быстро. Тем временем Перкинс поднялся с пола и бросился к ней, поэтому Франческа прыгнула, молясь, чтобы не угодить под колеса.

Она упала не на землю, как боялась, а смяла боком фрукты на прилавке. Торговец в это время распаковывал сливы и ягоды. Он яростно закричал и выронил ящик из рук.

Торговец обошел прилавок и схватил Франческу за руку, дергая ее на себя прочь от испорченного товара.

— Черт побери, женщина! Какого черта ты делаешь?

Франческа пыталась вырваться. За спиной раздался крик Перкинса, приказывающего кучеру остановиться. Из последних сил, подкрепленных страхом, Франческа освободила связанные руки из хватки торговца фруктами и бросилась бежать.

Брусчатка была неровной и причиняла боль ее босым ногам. С удивлением Франческа обнаружила, что бежать со связанными руками очень тяжело. Однако она неслась по улице так быстро, как могла. Вслед ей раздавались крики и свист, один из торговцев засвистел и стал хлопать в ладоши, словно следил за скачками.

72